«Пожизненники» в Азербайджане не могут получить образование
«В вопросе получения пожизненно осужденными высшего образования Азербайджан серьезно отстает не только от стран Совета Европы, но и Южного Кавказа».
Об этом сообщил глава Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов.
Он напомнил о том, что, к примеру, в той же Армении пожизненно осужденные уже могут получать дистанционное заочное образование, а в Грузии пожизненно осужденным разрешают держать в камере компьютеры.
По его словам, образование считается одним из основных методов перевоспитания. «В нашем случае, к «пожизненникам» относятся как к особой категории заключенных, которые не исправимы, опасны, и никогда не выйдут на свободу. К ним не допускают каких-либо лиц со стороны, даже не разработана нормативно-правовая база для получения дистанционного образования.
Хотя благодаря усилиям правозащитников, правительство включило в Кодекс по исполнению наказаний и правил внутреннего распорядка положение о том, что «пожизненникам» разрешается получение заочного высшего образования.
Но в этом случае необходимо продумать, каким образом заключенный сможет связываться с университетом, будет вестись переписка с учебным заведением», - сказал правозащитник.
Как задался вопросом Э.Зейналов, непонятно и то, каким образом будет осуществляться переписка, к примеру, по спецпредметам, которые не понятны цензорам.
«Каким образом допустят экзаменаторов в колонию? Предоставят ли возможность пропускного режима для экзаменаторов?
К примеру, сегодня, если заподозрят, что у человека есть какая-то контрабанда, его могут подвергнуть личному досмотру. Если досмотр будет осуществляться пристрастно, никто из преподавателей не захочет пойти и обучать в тюрьме заключенного», - добавил глава ПЦА.
При этом Э.Зейналов напомнил о том, что сейчас «в моде» дистанционное образование с использованием Интернета.
«Все это заменяет сидение в аудитории. Достаточно наличия компьютера с выходом в сеть, но это не разрешено законом из соображения безопасности. Ведь не исключено, что заключенный может связаться с сообщниками на воле, может отдать преступное распоряжение. А виноватой окажется администрация тюрьмы».
Правозащитник напомнил о том, что в конце 2003 - начале 2004 года ПЦА пришлось судиться с Пенитенциарной службой Минюста по поводу одного «пожизненника», который хотел получить образование.
«При этом судья Апелляционного суда, обращаясь к главе ПЦА поинтересовался, для чего это так важно для заключенного, если он из числа «пожизненников».
«Тем не менее, в этом году исполнилось 20 лет с момента отмены смертной казни в стране. От пожизненного заключения можно условно-досрочно освободиться (УДО) через 25 лет. Несколько «пожизненников» достигли этого предела и вправе обратиться для получения УДО.
Хотя один уже обратился и получил отказ. Не исключено, что спустя пять лет не останется ни одного «пожизненника», который не отсидел бы 25 лет, и может освободиться по УДО. Но кто занят вопросом их образования, чтобы обеспечить им более комфортное возвращение в общество?
Вопрос не только в них. Считается, что если создаются какие-то условия для творчества, образования и занятия спортом, то «администрация миндальничает с преступниками». Но преступник он сейчас, а завтра его освободят, и он будет жить среди нас», - подчеркнул Э.Зейналов.
Глава ПЦА также упомянул о том, что в той же Грузии ранее был освобожден один из бывших «пожизненников», который в прошлом отбывал наказание в Азербайджане, а потом его экстрадировали на родину.
«Находясь в заключении он занялся самообразованием. Сейчас он занят правозащитной деятельностью, сотрудничает со СМИ. Это прямой результат того, что у него была возможность не просто «сидеть», а изучать национальное и международное право, методы работы правозащитных организаций.
Еще в середине 90-х годов прошлого столетия в сознании чиновников сложилось понимание того, что труд в тюрьме, даже интеллектуальный возможен только из-под палки.
И заключенных нужно просто запереть в четырех стенах. В результате из исправительно-трудовых колоний наши тюрьмы превратились в учреждения по отбыванию наказаний. Помню, как один из ныне бывших начальников колонии как-то заявил, что «колония – это камера хранения, мне на хранение сдают заключенного. И моя задача заключается в том, чтобы он вышел на свободу живым и здоровым», - сказал Э.Зейналов.//media.az
Об этом сообщил глава Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов.
Он напомнил о том, что, к примеру, в той же Армении пожизненно осужденные уже могут получать дистанционное заочное образование, а в Грузии пожизненно осужденным разрешают держать в камере компьютеры.
По его словам, образование считается одним из основных методов перевоспитания. «В нашем случае, к «пожизненникам» относятся как к особой категории заключенных, которые не исправимы, опасны, и никогда не выйдут на свободу. К ним не допускают каких-либо лиц со стороны, даже не разработана нормативно-правовая база для получения дистанционного образования.
Хотя благодаря усилиям правозащитников, правительство включило в Кодекс по исполнению наказаний и правил внутреннего распорядка положение о том, что «пожизненникам» разрешается получение заочного высшего образования.
Но в этом случае необходимо продумать, каким образом заключенный сможет связываться с университетом, будет вестись переписка с учебным заведением», - сказал правозащитник.
Как задался вопросом Э.Зейналов, непонятно и то, каким образом будет осуществляться переписка, к примеру, по спецпредметам, которые не понятны цензорам.
«Каким образом допустят экзаменаторов в колонию? Предоставят ли возможность пропускного режима для экзаменаторов?
К примеру, сегодня, если заподозрят, что у человека есть какая-то контрабанда, его могут подвергнуть личному досмотру. Если досмотр будет осуществляться пристрастно, никто из преподавателей не захочет пойти и обучать в тюрьме заключенного», - добавил глава ПЦА.
При этом Э.Зейналов напомнил о том, что сейчас «в моде» дистанционное образование с использованием Интернета.
«Все это заменяет сидение в аудитории. Достаточно наличия компьютера с выходом в сеть, но это не разрешено законом из соображения безопасности. Ведь не исключено, что заключенный может связаться с сообщниками на воле, может отдать преступное распоряжение. А виноватой окажется администрация тюрьмы».
Правозащитник напомнил о том, что в конце 2003 - начале 2004 года ПЦА пришлось судиться с Пенитенциарной службой Минюста по поводу одного «пожизненника», который хотел получить образование.
«При этом судья Апелляционного суда, обращаясь к главе ПЦА поинтересовался, для чего это так важно для заключенного, если он из числа «пожизненников».
«Тем не менее, в этом году исполнилось 20 лет с момента отмены смертной казни в стране. От пожизненного заключения можно условно-досрочно освободиться (УДО) через 25 лет. Несколько «пожизненников» достигли этого предела и вправе обратиться для получения УДО.
Хотя один уже обратился и получил отказ. Не исключено, что спустя пять лет не останется ни одного «пожизненника», который не отсидел бы 25 лет, и может освободиться по УДО. Но кто занят вопросом их образования, чтобы обеспечить им более комфортное возвращение в общество?
Вопрос не только в них. Считается, что если создаются какие-то условия для творчества, образования и занятия спортом, то «администрация миндальничает с преступниками». Но преступник он сейчас, а завтра его освободят, и он будет жить среди нас», - подчеркнул Э.Зейналов.
Глава ПЦА также упомянул о том, что в той же Грузии ранее был освобожден один из бывших «пожизненников», который в прошлом отбывал наказание в Азербайджане, а потом его экстрадировали на родину.
«Находясь в заключении он занялся самообразованием. Сейчас он занят правозащитной деятельностью, сотрудничает со СМИ. Это прямой результат того, что у него была возможность не просто «сидеть», а изучать национальное и международное право, методы работы правозащитных организаций.
Еще в середине 90-х годов прошлого столетия в сознании чиновников сложилось понимание того, что труд в тюрьме, даже интеллектуальный возможен только из-под палки.
И заключенных нужно просто запереть в четырех стенах. В результате из исправительно-трудовых колоний наши тюрьмы превратились в учреждения по отбыванию наказаний. Помню, как один из ныне бывших начальников колонии как-то заявил, что «колония – это камера хранения, мне на хранение сдают заключенного. И моя задача заключается в том, чтобы он вышел на свободу живым и здоровым», - сказал Э.Зейналов.//media.az
